Легенда о птице Симург
Мифические существа

Симург

4.7
(3)

Птица Симург – частый персонаж мифических сказаний башкирского, тюркского и индоиранского фольклоров. Симургом называли крылатое создание исполинских размеров, иногда нисходящего с Верхнего мира в мир людей, чтобы поведать избранным истину о прошлом, настоящем и будущем; уходя от насущных дел, Симург отдыхал в самолично свитом Гнезде в кроне (или в ветвях) Великого Древа Жизни, Вселенского Древа Познания.

fav.mifistoria.info

Загадка Симурга: не Феникс, не Жар-Птица и не Гриф

симург рисунок
Одна из внешностей Симурга, старый рисунок

Птица Симург – частый персонаж мифических сказаний башкирского, тюркского и индоиранского фольклоров. Симургом называли крылатое создание исполинских размеров, иногда нисходящего с Верхнего мира в мир людей, чтобы поведать избранным истину о прошлом, настоящем и будущем; уходя от насущных дел, Симург отдыхал в самолично свитом Гнезде в кроне (или в ветвях) Великого Древа Жизни, Вселенского Древа Познания. Это была «птица всех птиц»: как утверждали паломники, потустороннее существо обладало не только божественной мудростью, но и даром исцеления и прорицания – мифология исконно персидского толка повествует о множестве чудесных спасений людских жизней и сбывшихся пророчеств, предреченных божественной птицей перед часом суровых испытаний для человеческой души.

Некоторые источники среднеперсидской эпохи, в том числе «Затспрам», намекают на неоднократные вмешательства Симурга в судьбоносные для мира вехи. Явление самым известным пророкам и простым смертным, мистические исцеления и сверхъестественные подвиги, запечатленные в религиозных рукописях – все это «дело лап» могучего посланника небес, согласно откровениям античных восточных мыслителей. Иранские философы также допускали, что Симург застал троекратную гибель человечества и, ликвидировав каждую из бед, совсем скоро станет пребывать в бдении за последней, четвертой стадией хаоса.

Феномен этой абсолютно фантастической, но крайне ценной – с позиции научно-культурного исследования – фигуры, связан с наружным описанием, пределами могущества и оригинальным происхождением самого образа. Внешний вид Симурга нельзя даже близко сопоставить с изящным перьевым убранством тотемных павлинов Древнего Китая или с грозной конфигурацией Грифона позднего Средневековья; способности сказочной птицы недостаточно охарактеризовать через призму образов современного западного Феникса или стародавнего скандинавского орла с Древа Иггдрасиля; истоки же символики и имени таинственного персонажа обманчиво отсылают то к раннеславянскому прототипу Жар-Птицы, то и вовсе к вестготским волшебным крыланам с чешуей и львиными когтями.

Птица Симург в воплощении утонченного павлина с орлиной головой. Узбекская традиция изображения
Птица Симург в воплощении утонченного павлина с орлиной головой. Узбекская традиция изображения

Рыбья чешуя и львиноподобные лапы в сочетании с броским, ослепительным оперением, чаще всего упоминаются при беглой характеристике Симурга в древнеазиатских и персидских трактатах конца 1-го тысячелетия до н. э. Помимо них приводимые там же туловище и голова пса, внушительной длины клыки и выразительные сосцы рисуют скорее устрашающий образ «ведьминой птицы», «питомицы преисподней». Востоковеды предполагают, что такой вариант представления говорит о двояком восприятии зверя древними персами: его божественное могущество и самобытная телесность, одновременно восхищали и отвращали обывателя.

Отторжение привычного образа птицы, как мудрейшего благородного существа, произошло при расцвете зороастризма – монотеистического религиозного течения, одним из первых полагавших дуализм как базовое условие существования всего сущего. Так милостивый и человеколюбивый Симург дозороастрийской Персии приобрел уже к 3-му тысячелетию до н. э. черты независимого и абсолютно недосягаемого создания, затаившегося в ветвях Древа Познания до скончания времен.

Читайте также:

Сатиры

fav.mifistoria.info

Птица Симург, как священное наследие древнеперсидского мира

Симург остался древнейшим символом величия и божественного откровения в истории индоиранских земель. Несмотря на череду масштабных изменений в религиозно-философской политике, персы и их потомки воспевали образ благородной и могучей птицы на протяжение тысячелетий, понемногу прибавляя ей те или иные характеристики, заслуги или способности.

Симург на классической иранской мозаике городской архитектуры
Симург на классической иранской мозаике городской архитектуры

Так, на исходе доисторической эпохи (ближе ко времени Рождества Христова) иранцы слагали легенды о крылатом заступнике, наделяя его чертами полиморфной сущности, наиболее часто показывающейся смертным в обличии летучей мыши. Стремительно ворвавшийся в привычный уклад жизни иранских селений зороастризм, добавил функциям прежней собаки-птицы некоторую конкретику: Симург стал почитаться как основной проводник человеческой души в ее путешествии от земного мира до загробного и считаться бессменным спутником персидских витязей, который незримо оберегал и наставлял их при помощи особого языка небес.

Исследовательница К. В. Тревер издала в 30-е годы прошлого века монографию, посвященную предметам индоиранской бытовой утвари, на которых ученые обнаружили символы в виде фигур полуптиц, полулюдей. Эксперты заключили: эти знаки действительно отсылали к Симургу, что изображали на персидских кувшинах, каменных рельефах, серебряных кубках, позолоченных блюдцах и платках.

Позолоченные тарелки с хорошо сохранившимся иранским декором в виде зооморфного крылатого существа
Позолоченные тарелки с хорошо сохранившимся иранским декором в виде зооморфного крылатого существа

Вопреки сложившемуся восприятию, птицы наподобие твари с частями тела как у львицы или собаки, ремесленники нередко изготавливали рисунки в виде орлицы или сокола с женской грудью – зороастризм заложил первичное, но фундаментальное понимание трансцендентности, и в рамках этой идеологии мифическая птица получила дар зоо- и антропоморфного перевоплощения. По словам религиоведов, фантастическая тварь уже тогда была тем прообразом непоколебимости, стойкости и надежды, воспетые много позже – через сотни лет в канонически «выдержанной» христианской литературе.

Одна из предполагаемых археологических находок во время экспедиции 1930 года, с подробным изображением Симурга
Одна из предполагаемых археологических находок во время экспедиции 1930 года, с подробным изображением Симурга

Приобретенная двойственная сущность дивной птицы читалась не только в древнем искусстве графики и ткачества: главный лирик Древней Персии времен популяризации зороастрийской и суфийской метафизики, Фаридиддин Аттар, в своем сборнике «Беседа Птиц» сравнивает ее с неуловимым видением. Его поэзия с ноткой претензии на глубокие философские рассуждения навеяла еще больше загадочности на мифического персонажа; Аттар через витиеватые строки и самобытный стиль изложения определяет птицу Симург как фантом, предвещающий долгожданное избавление.

«Беседа Птиц» – его наиболее прославленное поэтическое творение на среднеперсидском языке, однозначно рассматривающее волшебного зверя единственным и неповторимым в своем роде. В поэме отрицаются любые сходства птицы с удодом, степным соколом, соловьем, тропическим попугаем, павлином или индюком, причем последние откровенно наделяются обыденными человеческими страстями (идолопоклонство, гордыня, чванство, неблагообразная потребность в вечной жизни и т. д.)

Еще один труд Аттара – «Язык Птиц» – представляет собой настоящий кладезь суфийской философской мысли. Аттар еще в самом начале поэмы вводит игру слов, при правильной транскрипции и комбинации которых получается «si morgh» – т. е. то самое заветное имя таинственной птицы Симург, на поиски которой по сюжету отправляются жители лесостепи. На моменте прибытия жителей в ее логово, читатель и сам приоткрывает завесу тайны: «si morgh» с древнеперсидского означает «три десятка птиц» – ровно столько же животных, выдержавших невзгоды и трудности в семи опасных долинах, добирается до пристанища. Мыслитель метафорически показывает, что частичка недостижимого, но отчаянно желаемого сокровища таится в каждом из обычных смертных, в то время как отдельного готового компонента может не быть и в помине. Успех приобретения собственных потенциала и силы духа зависит от готовности человека к встречам с преградами на пути.

Хотя дуализм концепции Заратустры и внес некоторые поправки в стародавний образ Симурга, диковинный исполин с крыльями нисколько не стал воплощением кровожадности или гордыни; исконно восточные традиции и менталитет персов сохранили божественность его сущности на все последующие времена, сделав вещую птицу ключевой фигурой в истории иранского народа.

fav.mifistoria.info

Легенда о птице Симург

Изображение Симурга на полотне

Миф о Симурге дошел до наших дней как поучительная притча. Ее все также рассказывают ираноязычным детям подобно тому, как басни – молодняку западной европейской культуры.

Притча повествует о том, как легендарный Симург, облетая все окрестности Китая, случайно обронил свое перо. Никакому другому перу было не в пору тягаться с этим по красоте и блеску – обычные лесные птицы слетелись к оставленной драгоценности и решили разыскать дивное создание, надеясь уговорить ее погостить у них и самим обрести покой и процветание на родной земле. Перо было до того прекрасным, что каждый из собравшихся захотел непременно обладать им, из-за чего день за днем лесные жители сеяли раздор и затаивали обиду на товарищей. Тогда же удод с павлином, как птицы наиболее представительского вида, решили возглавить великое путешествие через семь долин, где путников поджидали невообразимые препятствия.

До пристанища Симурга из более чем тысячи птиц добралось всего тридцать. Измотанные, но счастливые от предвкушения долгожданной встречи путешественники обогнули скалистый холм с древом, где обитала ослепительная птица, и увидели небольшое озеро. Они всмотрелись в свои отражения на водной глади, и тогда на них снизошло настоящее откровение: каждый неприметный с виду житель лесного царства – сам своего рода птица Симург. Мораль сказания в том, что нет заветного чудо-ингредиента для счастливой, полной жизни; человек волен самостоятельно добиваться горячо желаемых высот и побед.

Симург в представлении народов Азии и северной Европы

Вещая птица из китайского народного творчества, напоминающая статного, утонченного павлина с роскошным хвостом, очень похожа на традиционного персидского Симурга: обе олицетворяют благородство, силу духа и веры, божественность фауны и вселенских форм, а также являются людям в трудный час и наблюдают за падением или расцветом человеческой расы на каждом исторически значимом витке цивилизации.

Китайская крылатая вестница получила название Фэнхуан, что буквально переводится «мужчина и женщина»; на первых порах, восточноазиатский феникс воспринимался единением нескольких противоположных начал, в число которых вошли «женское» (инь) и «мужское» (ян). Следовательно, в аспекте дуалистического восприятия реальности, образы Симурга и Фэнхуана становятся практически аналогичными, и возникает закономерный вопрос взаимодополняемости одного мифического создания другим – пусть это и герои из разных культурных направленностей (например, синонимичными и даже взаимозаменяемыми считаются этрусский Пан и древнерусский Леший, Тот у египтян и Аполлон у эллинов, славянский Перун и скандинавский Один, Гера у древних греков и Юнона у римлян).

«Китайский Симург». Самка Фэнхуана – статная, гордая, благонравная
«Китайский Симург». Самка Фэнхуана – статная, гордая, благонравная

Особенности многовековой истории развития персонажа Фэнхуана помогают четко ответить, что нет. Не поддающееся точному описанию божество древних персов и павлиноподобный герой восточноазиатских легенд – это мифические птицы-гибриды разного калибра.

Образ птицы Фэнхуана возникает на исторической сцене только за 200 лет до Рождества Христова, при этом его окончательное формирование занимает удивительно мало времени (по сравнению с обширной хронологией конкретизации образа Симурга) – всего полтора века. Поначалу, феникса называли «Король птиц» и приписывали ему дар поразительного перевоплощения и в завораживающего своим переливчатым надхвостьем павлина, и в классического китайского чешуйчатого дракона.

«Короля» наделяли преимущественно мужскими чертами характера и всячески подчеркивали схожесть его величия с величием Императора. Такой вариант воспевания Фэнхуана продержался до воцарения династии Юань, став вдохновением для многих мастеров «пера и топора»; тем не менее, с середины 11-го века н. э. формат поклонения резко изменился – птица была признана священной служительницей китайских Императриц.

Симург в образе орла
Симург в образе орла

Фэнхуан служил не только отличительным знаком императорских семей, но и символом южной стороны света. В оперение исконно китайского феникса, символизирующего живительное, «южное» течение жизни, входили не менее пяти цветов – сажевый, белоснежный, алый, зеленый и желтый. Эти цвета наполняли любое изображение Фэнхуана, строго по доктрине принятого в Китае конфуцианства, следующими возвышенными материями:

Читайте также:

Птица Феникс

Чудо-птица в скифской традиции и славянском фольклоре

Северный аналог Симурга больше с агрессивными и откровенно свирепыми чертами стоит особняком от всех прочих вариаций фантастического крылана. В научно-историческом контексте его не принято относить строго к какому-либо одному культурному наследию из общей «сокровищницы» многочисленных евразийских народов.

Только у кочующих скифов Причерноморья и славянских оседлых племен были выявлены практически идентичные представления о премудрой вещей птице с красочным оперением неземной красоты, но непривычно строптивым характером – в пользу этого свидетельствуют находки с хорошо читающимся сибирским и пермским звериным стилем, характерных для суровых выходцев с севера. Сказать, кто остался первопроходцем в задумке более военизированного и чопорного образа античного персидского Симурга, представляется почти невозможным.

Симург с головой льва
Симург с головой льва

Известно лишь, что скифские обычаи по искусному изготовлению вещиц жреческого и бытового назначений помогли исследователям подтвердить заранее подготовленную гипотезу – птица с головой собаки и львиными ступнями была немаловажной героиней преданий воинственных кочевников, занимавшая в Пантеоне местных божеств особое место и игравшая в ведической жизни скифов сакральную роль заступницы кормящих матерей и покровительницы молодых юношей во время решающего побоища.

Куда интереснее дело обстоит с историей культивирования Симурга чуть поодаль от северных морских путей: поселенцы славянского этноса придумали пернатому исполину собственное имя – Симаргл.

Симаргл – птица Симург на восточнославянский лад. Ее буроватое оперение вспыхивает на солнце золотым ореолом, наполняя сердце того, кто ее увидит, радостью и торжеством жизни. Почетный глашатай Перуна, могучий воитель и надежный духовный защитник малышей на Древней Руси
Симаргл – птица Симург на восточнославянский лад. Ее буроватое оперение вспыхивает на солнце золотым ореолом, наполняя сердце того, кто ее увидит, радостью и торжеством жизни. Почетный глашатай Перуна, могучий воитель и надежный духовный защитник малышей на Древней Руси

В течение всего первого тысячелетия, славянский Симаргл был национальной эмблемой благоденствия, храбрости, доблести, справедливости, божественной славы и воинственного триумфа. Русские язычники водружали высоченные тотемы с его профильными изображениями, делали амулеты и рисовали на летописной бересте магические руны, по форме напоминающие букву «я», – этот символ указывал на вечное и незримое присутствие волшебной твари на небе, в земле и в воде.

Оперение птицы при росписи идолов не делали слишком броским или цветастым; древнерусские резчики и колористы изготавливали Симаргла в тепло-бурых и красно-коричневых тонах, сдабривая его перышки пастельным зеленым, золотым и выразительным лазурным красителем. Фактически, мастера воссоздавали ту четвероногую птицу из стародавних персидских мифов – громадную собаку с лапами льва и кисточкой на кончике тонкого хвоста, чье тело усеивали аккуратные рыбьи чешуйки.

Однако это существо было куда более своенравным и «диким», даже чересчур свободолюбивым и поистине свирепым по сравнению с спокойной и неспешной птицей Симург: на такую модификацию повлияли напористый задор и упрямая жажда жизни предков будущих православных киевлян.

fav.mifistoria.info

Образ божественной птицы в искусстве

Цепляющий образ Симурга встречается преимущественно в художественных работах мастеров Средней Азии. Он изображается в ипостаси феникса – китайского Фэнхуана, грациозно парящего в облаках или степенно ступающего по каменистым склонам.

Такие шедевры изобразительного искусства максимально достоверно передают всю божественность птицы Симург:

Китайская живопись времен правления семьи Юань

Птица Симург в облике китайского павлина Фэнхуана. Образец античной живописной гравюры
Птица Симург в облике китайского павлина Фэнхуана. Образец античной живописной гравюры

Красочные работы японского мастера Исоды Корюсая (1735-1790)

Феникс Фэнхуан на полотнах Исоды Корюсая (1775 г)
Феникс Фэнхуан на полотнах Исоды Корюсая (1775 г.)

Полотна японского живописца Ито Дзякутю (1716-1800)

Белокрылый и павлиноподобный Симург
Белокрылый и павлиноподобный Симург

Пожалуйста оцените статью!

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средний рейтинг 4.7 / 5. Подсчет голосов: 3

Пока нет голосов! Будьте первым, кто оценит!

Спасибо за Ваш голос!

Следите за нами в социальных сетях!

Сожалеем, что вы поставили низкую оценку!

Позвольте нам стать лучше!

Расскажите, как нам стать лучше?

Подпишитесь на нашу рассылку

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector